Жолковский А. К.,
Эросипед и другие виньетки. — Томск-М.: Водолей Publishers, 2003. — 624 c.

Прекрасно изданный, снабженный даже шелковой закладкой (!) уютный томик карманного формата состоит из множества коротких зарисовок (виньеток), в которых автор делится впечатлениями о разных событиях, о встречах с множеством людей… Воспоминания поделены на несколько частей: «Детство, отрочество, университеты», «В людях», «Там» (то есть в эмиграции), «Там и тут» (после перестройки), «Посылка».

Эта книга написана не для нас, типичных читателей «КТ». Она, можно сказать, нами перехвачена — как шифрованное послание. Настоящие адресаты уже отреагировали целой серией публикаций в литературных и критических изданиях. Избегая чужого влияния, я не заглядывал в эти статьи; демократичный же Google предъявляет ссылки, где Александр Жолковский назван «известнейшим филологом и лингвистом», «одним из классиков отечественной семиотики», «фигурой, в филологическом мире легендарной»… Легендарность он заработал на поприще анализа текстов, начав карьеру с исследований по остромодной в 1960-х годах структурной лингвистике (помните, у ранних Стругацких — «структуральнейший лингвист») и «машинному переводу», и это роднит его с нашим, инфотехнарским миром. За подробностями отсылаю к «виньеткам» и к веб-странице автора www.usc.edu/dept/las/sll/alik.htm.

Что делает книгу важной для нашей (как правило, далекой от гуманитарного эстетства) аудитории? Для молодых технарей виньетки могут стать отличным окном на неведомую гуманитарную территорию. Тем же, кто уже в сознательном возрасте видел то, о чем пишет Жолковский, будет еще и весьма интересно узнавать от первого лица всевозможные мотивы и детали. Василий Аксенов в предисловии называет книгу портретом автора в «кубистическом стиле». Этот портрет вобрал важнейшие черты целого поколения, давшего множество выдающихся фигур в науке, перепаханного диссидентским движением, определившего очень и очень многое в дальнейшей судьбе СССР/России.

Многие виньетки читаются как хороший анекдот, иногда элегантно-матерный. Есть и несколько вполне научных эссе (от которых тоже трудно оторваться). Есть и кардинальный прикол (о котором автор не предупреждает): обширный указатель содержит полные имена всех упоминаемых лиц, даже тех, кто в тексте назван просто А. или Б., и настоящие имена можно узнать методом «обратного словаря» — просканировав в указателе номера страниц.