Internet. эфир д.с.п. - Журнал "Компьютерра"

В мае делегация из семи бывших членов Конгресса США (в Америке есть Ассоциация бывших конгрессменов - как сенаторов, так и членов Палаты представителей) посетила Кубу, много лет находящуюся под американским эмбарго. Участники миссии изучали самые разные стороны жизни кубинского общества, включая компьютерную и телекоммуникационную технологизацию.

   Стоит заметить, что кубинскому режиму удалось "схватить" Internet на самой ранней стадии его развития. По сути дела, на острове функционирует одна большая (хотя и меньше, чем в некоторых крупных корпорациях) интрасеть, отделенная от большого мира системой "брандмауэров". Единственный провайдер - государственный.

   Доступ в Сеть (даже к кубинским сайтам) требует особого разрешения, обычно выдаваемого администрацией университетов. Из иностранных сайтов доступ разрешен лишь к некоторым, причем относящимся к определенной категории (например, ученые-медики могут получить доступ к некоторым медицинским ресурсам, а электронщики - к технической информации, но не наоборот).

   Вся электронная почта (проходящая, к слову сказать, через один сервер) копируется и/или подвергается мониторингу.

   Технологии для "интрасети масштаба государства" помогла разработать некая (ее имя не называется) германская фирма.

   В выводах делегации, тем не менее, выражается убеждение, что "углубление контактов между Соединенными Штатами и Кубой будет способствовать не укреплению [режима] Кастро, а становлению более открытого общества" [2].

   Можно сколько угодно иронизировать над "наивностью" уважаемых экс-конгрессменов или даже их "циничностью" (если вспомнить, что менее совершенный, но закрывающий гораздо большее сообщество "великий китайский брандмауэр" проектировали и оснащали отнюдь не немцы). Но я бы с этим не спешил.

   Когда я учился в начальной школе, мы с родителями жили возле магазина бытовой электроники. И был среди персонажей дворовой жизни один забавный субъект: пожилой ветеран "органов", больной и не вполне адекватный человек.

   Одной из его причуд было стоять возле этого магазина и следовать за покупателями радиоприемников до места жительства. Ему это было явно тяжело и не всегда удавалось (он страдал одышкой и ходил с тросточкой), но все же я несколько раз был свидетелем того, как ему удавалось доковылять за своей (иногда нервно оглядывающейся) жертвой до троллейбусной остановки и успеть вспрыгнуть на подножку.

   Мне напомнил об этом тогдашний мой сосед - мальчишка, на несколько лет старше меня, с которым мы пару месяцев назад случайно встретились и провели несколько часов в трепе и воспоминаниях о событиях двадцатилетней давности.

   Бывший приятель по играм также сообщил мне об упомянутом ветеране, что, во-первых, имел случай спросить у него о смысле его оперативно-розыскных подвигов и получил глубокомысленный ответ: "А если завтра война?!" Во-вторых, что старик был ветераном вовсе не тайной полиции, а пограничной службы [3], был страшно изранен в Белоруссии в первые часы войны, а после войны вернулся на службу и работал в каком-то штабе погранвойск.

   И в-третьих, что он, несмотря на все странности, был добрым, отзывчивым и очень одиноким человеком, с готовностью одалживавшим соседям из своей повышенной пенсии червонец до получки, присматривавшим за детьми этих же соседей, когда никого не было дома, и постоянно выхаживавшим подобранных больных птиц и зверюшек. Он и умер, выгуливая одну из приблудившихся собак на пустыре: никого не оказалось поблизости, когда у старика прихватило сердце.

   Но все это я узнал сейчас, а тогда с изрядной долей злорадства наблюдал за пыхтящим товарищем со значком "Щит и меч" на зеленой рубашке. Понять все эти жизненные сложности, думаю, по малолетству я не смог бы, даже если б и знал о них, но негативную симпатическо-эмпатическую связь между тремя одиозными буквами на значке и эфиром, доступ в который открывал КВ-приемник, как ни странно, чувствовал отчетливо.

   Никакого "железного занавеса" в семидесятые - начале восьмидесятых уже не было, а если и был, то уж очень дырявый. Но то в столице (столицах), а в азиатско-российской зауральской провинции, да еще в "закрытом" городе, где я провел детство, эфир был чуть ли не единственной возможностью открыть мир. "Глушилки" работали вполне с советским качеством, то есть через пень-колоду, а иноязычное радио глушить и не пытались.

   Русские передачи "РС"/"РСЕ", "Немецкой волны", "Би-Би-Си" и "Голоса Америки" могли быть в значительной степени тенденциозными, но они давали возможность "стереоскопического" взгляда на мир: из наличия по крайней мере двух доступных точек зрения индуцировать третью, четвертую и т. д. мог и десяти-двенадцатилетний мальчишка.

   Наверное, следование по ссылкам гипертекста во многих местах мира для людей является сегодня аналогом вращения верньера приемника, чему я посвятил в свое время не одну сотню драгоценных часов. Я могу только пожелать удачи китайцам, кубинцам и прочим северным корейцам (есть ли там Сеть?) и - кучи багов операторам тамошних сетевых "глушилок". Я уверен, что поток информации рано или поздно размоет любую дамбу, и в этом смысле американские экс-конгрессмены, конечно же, правы.

   Но вот радиоэфир есть хитрая конструкция, на свойства которой наложены некоторые естественные ограничения, в частности, сильно мешающие "глушить" передачи [4]. Эфиром никто не распоряжается, даже Господь Бог (если верить Эйнштейну, утверждавшему, что "Господь не играет в кости", притом что на определенном уровне электромагнитные явления невозможно описать без недетерминированности), только Союз электросвязи. Зарегистрировался в Женеве - и вещай, что угодно, не противоречащее местному законодательству, на глобальную аудиторию.

   Сетевой "эфир" конструктивно менее совершенен. Недавно мне сообщили, что, вроде бы, в ответ на атаки, предпринятые якобы югославами на американские правительственные сервера, американцы попытались "хакнуть" маршрутизацию югославских сетей. Загрузить страницу "Washington Post", на которую сослался мой корреспондент, я не могу в течение нескольких дней...

   Расскажите, чем дело закончилось, кто знает.

Д.С.П. - "Для служебного пользования" - в советский период пометка на документах и публикациях, официально не являющихся секретными, но таких, знакомство широкой публики с которыми по какой-либо причине представлялось властям неудобным. - Примечание специально для самых юных читателей.

2 (обратно к тексту) - Congressional Record: May 13, 1999 (House), pp. H3091-H3109. Документы Конгресса доступны в WWW через WAIS-шлюз Правительственной типографии США (http://wais.access.gpo.gov).

3 (обратно к тексту) - Пограничники в СССР проходили по ведомству КГБ. - Еще одно примечание для самых юных читателей.

4 (обратно к тексту) - Жаль, в одной из предыдущих колонок я уже ссылался на повесть Козловского, одноименную с одной из прежде "вражеских" радиостанций; здесь эту ссылку из чувства меры поставить не могу, хоть и была бы она очень уместна.