Нас угораздило родиться и жить в инфраструктурном мире. Инфраструктура повсеместна и доступна, в этом ее смысл. Мы привычно ожидаем, что в розетке есть ток, что телефон работает, Internet-провайдер откликается на наши звонки и сети передают наши потоки данных.

Киборг, состоящий из человека и компьютера, рождается свободным (и обретение компьютером мобильности - второе его рождение, переход из "растительного", укорененного состояния в "звериное", подвижное - "волка ноги кормят"), но повсюду он оказывается в цепях инфраструктурной зависимости.

Нам нужна энергия, нам нужны коммуникации, нам нужны каналы обновления программ, нам нужна идентификация, нам нужны расчеты и платежи. То, что для реализации этих возможностей мы обращаемся "на сторону", - нормально (в этом смысл любого общества и общения). Но проблема в том, что большую часть из названного мы получаем посредством централизованных и иерархических систем. "Свободный" агент-киборг оплачивает издержки всех уровней иерархии; мало того, масштаб современных инфраструктур таков, что соразмерным им быть практически невозможно.

Когда проект идет под откос из-за невыполнения мною взятых на себя обязательств - все понятно. Когда подводят партнеры - это, в некотором смысле, тоже моя вина: надо было осмотрительнее относиться к их выбору и страховаться. Но когда "флоп" случается из-за сбоя в некоей безликой системе, несвобода ощущается в полной мере. Этакое специфическое чувство бессилия перед force majeure, бессмысленной и беспощадной. "Непреодолимой силой" могут оказаться отнюдь не только стихия, но и системы вполне рукотворные.

В стране останавливаются расчеты. В районе отключается электричество. Корпоративная сеть рушится из-за вирусной атаки... Виноватых нет. Знакомое ощущение?

Страхуются такие риски плохо. Инфраструктуры - критичны?

ам термин "критические инфраструктуры" (critical infrastructures) вошел в широкое обращение благодаря вниманию к соответствующим проблемам прежде всего нынешней американской администрации и американских правительственных ведомств, затем - их коллег в других странах.

Пример США интересен, пример Европы - несколько менее интересен, а пример России в этом плане пока неинтересен совсем. Почему? Для государственных задач (в том числе и в области обороны) в Америке и - в меньшей степени - в западноевропейских странах, чьи правительства жестко связаны бюджетом, все больше и больше используются гражданские инфраструктуры, в массе своей управляемые частными операторами.

(Первым знаком того, что такое в России вообще возможно, стал для меня неожиданно увиденный по телевизору сотовый телефон в руках прежнего премьер-министра, но, похоже, этот знак оказался чужеродным "глюком", и сегодняшнее правительство опять пользуется связью правительственной, как в этой стране и положено.)

Экономически это вполне понятно. Как правило, дешевле купить стандартные услуги оптом, разместив крупный госзаказ на их поставку, чем заказывать и строить собственные системы. Однако с традиционными представлениями о национальной безопасности, приоритетных задачах и пр. (а эти представления распространены в соответствующих кругах по обе стороны океана) это вяжется плохо.

Из такой неувязки родилась идея "критических инфраструктур" - инфраструктур, относящихся к гражданской и рыночной сфере, но своей уязвимостью ставящих под угрозу аспекты жизнедеятельности нации, относящиеся к компетенции государства и правительства.

Сам термин вполне журналистский и по-журналистски неточный: на самом деле любая инфраструктура критична, поскольку и насколько на нее полагаются. В терминах системного анализа правильнее говорить об "инфраструктурах с критическими элементами", элементами, уязвимость которых влечет за собой уязвимость системы в целом.

Сегодня мы пытаемся повернуть эту тему "лицом к человеку": насколько инфраструктуры критичны для отдельного агента коммуникаций и бизнеса, будь то человек или фирма.

сегодняшней теме номера - панорама проблематики "критических инфраструктур" применительно к сфере информационных технологий. Панорама, по необходимости, мозаичная и с разной степенью детализации фрагментов.

Проблема #1: энергия, энергопитание. Так же, как и постоянный автор "Терры" (и временами мой оппонент) Михаил Ваннах, я с большим вниманием слежу за альтернативной энергетикой (см. статью Ваннаха в #35[263]). И примерно по тем же причинам, что и Ваннах: традиционная, безальтернативная энергетика скоро останется единственной структурой индустриального мира, в котором я родился и который надеюсь пережить.

По срокам доступности автономных систем энергопитания для жилья и микроофисов у меня большие сомнения (сыграем в тотализатор: когда обзор рынка таких систем станет актуальным для "Терры"?). По крайней мере, в ближайшую пятилетку, думаю, они не появятся, особенно если учесть угол падения солнечных лучей в наших широтах.

Наряду с риском отключения электропитания на длительные сроки существует проблема его сбоев и скачков, которые ведут к простоям и риску повреждения оборудования. Качество электроэнергии в России в последнее десятилетие заметно упало.

Возможность защиты от сбоев электропитания интересна для нашей темы прежде всего тем, что позволяет технологически застраховать себя от определенных инфраструктурных рисков. Как посчитать риск? - об этом статья "Сколько стоит „упасть - отжаться“".

"Энергетический" мотив представлен также статьей Сергея Леонова "Где хранят электричество" о состоянии и перспективах электрохимических технологий, и поскольку батарейки есть не только в UPS'ах, я думаю, она будет интересна многим.

Проблема #2: безопасность сетей. Что угрожает компьютеру, включенному в Internet, и его оператору? Насколько реальны угрозы атак на персональную машину извне? - Евгений Прыгов во "Вредном „чайке”" дает очерк состояния дел, а Максим Степин в своей статье подробно описывает один из классов атак (так называемые DoS-атаки, пожирающие ресурсы компьютера, подключенного к Сети) и способы защиты от них.

Проблема #3: расчеты и платежи, идентификация экономических агентов. "Власть ключей" - краткая сводка проблем идентификации в цифровых средах применительно к финансовой (и не только) коммуникации и предлагаемых на сегодня решений этих проблем. Идентификация "биологических" агентов в коммуникационных средах - особый вопрос, и мы выносим его за рамки сегодняшнего обсуждения: он требует отдельной темы.

Тема номера скорее ставит вопрос о критических инфраструктурах и критичности инфраструктур, чем отвечает на него. За ее пределами также вынужденно остается обсуждение архитектур "физических" коммуникаций.