Говорят, что любовью интереснее всего заниматься со старушками: про каждый раз они думают, что он последний, и такое вытворяют... В "Терре" - я за ту старушку: "Фронтпэйдж" попал мне в руки, в общем-то, случайно, и я не знаю, на сколько. Вот и стараюсь каждую неделю.

Старания были направлены до сих пор в основном на то, чтобы заявить по возможности провокационную точку зрения на вопросы, актуальные для нашей аудитории. Критерием актуальности пока были письма читателей, а теперь в онлайновой версии журнала (www.computerra.ru) у вас появилась еще и возможность оценить каждый конкретный материал и в реальном времени опубликовать отклик, который становится доступен следующим посетителям сайта, в том числе, конечно, и автору материала.

Сегодня я проделаю обратный ход: использую право первой страницы для того, чтобы продвинуть (to promote) вопросы, которые интересны прежде всего мне, и которыми я хочу заинтересовать вас. Это криптотехнологии, которым посвящена редактируемая мною "Компьюномика", заявленная полгода назад как приложение к "Компьютерре" и деградировавшая до рубрики.

В проект "Компьюномики" заложена определенная конструкция: и механизмы обеспечения приватности/раскрытия информации, и обеспечение надежности коммуникации, и электронная коммерция являются в своей сути криптоприложениями. В традиции "Компьютерры" показывать технологическую "изнанку" явлений и событий Компьютерной Страны, поэтому пафос "Компьюномики" можно выразить очень сжато: "Учите матчасть". В смысле, "математическую".

Эта конструкция была заявлена при создании "Номики", и в ряде статей (не только моих) развернута соответствующая доктрина. Принципиальных возражений ни от коллег, ни от аудитории к ней пока не поступало, поэтому я полагаю, что она - не то, чтобы правильная или истинная, а, по крайней мере, - практичная. Хотя я, конечно же, готов обсуждать и публиковать и ее критику.

В этом русле я и намерен двигаться, как в оффлайновой (бумажной) версии, так и в интерактивной онлайновой, имеющей вскоре появиться в рамках сайта "Терры".

В то же время, зачем замазывать тот факт, что криптопроблематика имеет и политическое звучание? Этот аспект был схвачен "Компьютеррой" давно, задолго до того, как Георгий Кузнецов пригласил меня в редакцию - я имею в виду прежде всего статью Игоря Гордиенко "Право на тайну" двухлетней давности, наверняка запомнившуюся постоянным читателям журнала.

Поэтому в рамках "Компьютерры" и "Компьюномики" публикуются и статьи, относящиеся к проблемам правоприменения и регулирования, а также эксцессам последних типа СОРМ (см. ##252-253, 258-259 и 264).

И тут начинается великое непонимание со стороны, по крайней мере, части аудитории. Многие отнеслись к появлению этих текстов как чуть ли не к симптому превращения "Терры" в общественно-политическое издание; многие дают добрые советы типа: "Не трогай, пока не пахнет" и "Все равно у них ничего не выйдет". В духе последнего - статья Евгения Прыгова, которую мы напечатали в #264.

Конечно, Прыгов и другие правы, указывая на то, что основным интересом, стоящим за СОРМовщиной, является желание ее инициаторов вступить в неформальные отношения с одной из самых благополучных отраслей, и что-то с этого поиметь, если не деньгами, то борзыми выделенными линиями. Так же, как и лирическому герою Иосифа Бродского, мне "ворюга... милей, чем кровопийца" ("Письма к римскому другу").

Но "политические" реплики, публикуемые в рамках "Компьюномики", вовсе не направлены против реваншистов из спецслужб! И СОРМисты из ФСБ, и стандартенфюреры из ФАПСИ могут путаться под ногами, делать мелкие пакости и терроризировать обывателей, не более того.

Если бы за теми, кто боится стойкого крипто, стояли бы только АНБ США, ФБР, бывшее КГБ и прочие сироты холодной войны, дебаты не длились бы столь долго. Ведь "правопринудители" оперируют по сути одним только аргументом, который (в самой мягкой и корректной форме) звучит так: "К сожалению, шифровать свою коммуникацию могут и преступники. В руках преступников криптография становится оружием, и они смогут использовать его, чтобы сговариваться и похищать ваших детей, торговать наркотиками и взрывать авиалайнеры. Дайте нам поставить свои "закладки" в каждое криптосредство, и мы вас защитим".

Все равно, что сказать: "К сожалению, покупать хлеб в магазинах могут и преступники. В руках преступников хлеб становится оружием, и они смогут использовать его, чтобы наесться и с новой силой грабить, убивать и насиловать вас. Давайте продавать хлеб по карточкам, а мы будем распределять карточки только среди тех, у кого есть прописка и кто находится под контролем участкового. Так мы вас защитим".

Это логика абсурда, что, в общем-то, всем давно ясно. Мне кажется, что серьезный и содержательный разговор с криптофобами начнется только тогда, когда они открыто признают, что боятся крипто не потому, или не только потому, что крипто позволяет приватно общаться на расстоянии (хотя правителям определенного склада и их холуям, конечно, везде мерещатся заговоры).

Крипто угрожает существующему порядку потому, что предоставляет инструменты для организации существенно иных форм хозяйства. По мере того, как все большую часть ценностей составляют сущности, представимые в цифровой форме, аналоговые институты индустриального мира все более напоминают скорлупу, из которой постиндустриальному цыпленку давно пора бы вылупиться. Криптофобия - это лоббирование индустриальных отраслей в ущерб постиндустриальным - информационным, цифровым, как угодно.

И здесь - проблема, поскольку целостность мира определяется на сегодня потоками осязаемых ценностей - прежде всего, энергоносителей.

Поскольку надежды на то, что удастся заставить всех криптограмотеев забыть свой предмет, на самом деле нет ни у кого, а софт - вещь крайне текучая, все игры криптофобов и криптофилов имеют ярко выраженный символический характер.

Известный эпизод истории борьбы США за независимость - так называемое Бостонское чаепитие. Метрополия настаивала на том, что имеет право облагать импорт в колонии (в частности, чай) пошлиной. Пошлина была мизерная, сколь-либо существенного дохода Англии или убытка колонистам она не приносила. Однако право - материя тонкая. Поэтому американцы, люди почтенные, - финансисты, купцы, плантаторы, - в одну прекрасную ночь перекрасились в индейцев, подплыли к стоящим на рейде кораблям да и побросали чай в воду... Дальнейшее известно.

Мне Бостонское чаепитие вспоминается, когда я общаюсь с Шифропанками - американскими активистами в области крипто. Что-то же заставляет примерять зеленые "ирокезы" к своим не самым дурным головам этих математиков, программистов и профессоров права.

Я стараюсь представить себе уважаемого бостонского колониального аристократа, разрисовывающего лицо охрой, когда надеваю пиджак и галстук, чтобы долезть по одной из ветвей федеральной власти до очередного чиновника с целью промывания мозгов. Или когда - наоборот - натягиваю джинсы и рваный свитер перед хакерской "тусовкой". Поэтому иногда путаю форму одежды.